Глубокая переработка зерна в России находится пока только в начальной стадии развития, но ее перспективы достаточно оптимистичны из-за роста объемов урожая и большей концентрации федерального правительства на внутреннем рынке. Так считает президент ассоциации «Союзкрахмал» Олег Радин. Другие эксперты отрасли полагают, что глубокая переработка зерна в первую очередь востребована для производства биоматериалов, витаминов и биотоплива. Однако в ближайшие годы активизации в этом сегменте они не ждут из-за высоких рисков производства.

Обманчивое изобилие. С начала 2021 года российский АПК, собравший за минувший год очередной высокий урожай зерновых (133 млн тонн) и отправивший на экспорт 57,5 млн тонн (доходы бюджета от зернового экспорта — 10,019 млрд долларов), столкнулся с неожиданной и рискующей стать серьезной проблемой. Федеральное правительство под предлогом стабилизации внутренних цен ввело постоянно действующую экспортную зерновую пошлину. По замыслу МЭР ее бессрочный характер будет стимулировать зерновиков не придерживать товар традиционно до конца сельхозсезона (30 июня), когда обычно действие пошлины заканчивалось, а продавать его на внутреннем рынке через зерновую биржу. Средства же, вырученные от введения пошлины, должны пойти на поддержку отечественного растениеводства, расширение посевов и налаживание переработки. По утверждению главы МЭР Максима Решетникова, в настоящее время Минэкономразвития РФ совместно с Минсельхозом РФ в качестве базы рассматривает возможность выделения субсидий пропорционально посевным площадям.

Аналитики крайне негативно отреагировали на введение пошлин, отмечая, что в последние годы в России отмечена тенденция к росту урожайности, расширению посевов зерновых и наращиванию зернового экспорта. Отечественные трейдеры увеличивали свое присутствие на зарубежных рынках, входя в ранее неохваченные страны Ближнего и Среднего Востока, АТР.

Введение пошлин уже сказалось на падении экспортных цен на середину апреля сразу на 50 долларов за тонну на FOB Новороссийска. Всего же аналитики оценивают ущерб отечественных аграриев только от зерновых пошлин в сумму 2,8 млрд долларов за ближайшие два сельхозсезона. И это притом, что в ближайшие годы урожай с российских полей должен достигнуть порядка 140 млн тонн.

Куда пристроить каравай. Куда девать такое количество зерна? Этим вопросом теперь озабочены не только зерновики, но и федеральные власти. Внутреннее потребление зерна даже с учетом последних успехов животноводства и роста производительности мяса в стране вряд ли превысит 70 млн тонн. Часть уйдет в «закрома родины» на стратегический запас. Сколько в условиях перманентных пошлин уйдет на экспорт, не понятно, но уж вряд ли он теперь достигнет прошлогодних высот. Остается многолетняя и нерешаемая задача АПК — налаживание собственной глубокой переработки зерна. В России развита лишь простая переработка зерновых с производством муки, кормов и кормовых добавок. При этом у отечественных производителей, в отличие от зарубежных конкурентов, нет программы государственного стимулирования, поэтому вкладывать серьезные средства в этот сегмент рынка инвесторам просто неинтересно. В результате конкуренция проигрывается, и на зарубежные рынки идет пшеница, которая чуть позже возвращается в Россию уже в виде, к примеру, турецкой муки. Всерьез говорить о наличии российской глубокой переработки пока не приходится.

«У нас до сих пор не сформирована отрасль глубокой переработки зерна. Не было ее ни в советское время, ни сегодня. Это привело к тому, что практически отсутствуют собственные технологии. На них никто не акцентировал внимания, и наука не давала поэтому каких-то ощутимых результатов, — считает глава Российского зернового союза Аркадий Злочевский. — Сегодня есть лишь отдельные проекты, к примеру, производства лизина в Белгороде, в ряде других регионов. Но и в этом случае мы вынуждены импортировать технологии по глубокой переработке зерна».

По данным исполнительного директора Национального кормового союза Сергея Михнюка, сейчас Россия импортирует до 90% от всех используемых в нашем животноводстве кормовых добавок и почти 100% кормовых витаминов. По его утверждению, никакие попытки и инициативы предыдущих лет по локализации подобных производств на территории нашей страны не нашли развития. «На текущий момент мы имеем локализацию производства только одной незаменимой аминокислоты — лизина», — заметил Сергей Михнюк.

Более того, считает он, все заявления о старте производства витаминов в России — это лукавство. Речь идет в лучшем случае о локализации технологического передела последнего звена либо о перефасовке витаминов, как правило, импортированных из Китая. На мартовской зерновой конференции на Алтае Сергей Михнюк привел в пример одну дальневосточную компанию, чья производственная площадка пока находится на стадии пусконаладочных работ. При этом, по его словам, они уже подали документы в Россельхознадзор о регистрации шести витаминов, и у них эти документы приняли. В Ассоциации предприятий глубокой переработки зерна (Союзкрахмал) сообщили, что по итогам 10 месяцев 2020 года производство продукции показало существенный рост только в категории декстринов (+12,4%). При экспорте продуктов глубокой переработки зерна в 23,4 тыс. тонн их же импорт превысил 70 тыс. тонн. В Союзкрахмале подчеркнули, что индустрия глубокой переработки зерна сегодня сталкивается с недостаточной информированностью потенциальных инвесторов об особенностях работы отрасли, с нехваткой квалифицированных кадров для запуска и функционирования производств, с непродуманностью вопросов обеспечения логистики и сбыта.

«Министерство сельского хозяйства разрабатывает меры по поддержке нашей отрасли, — рассказал президент ассоциации Олег Радин. — В частности, возмещение части затрат на логистику продукции, льготные краткосрочные кредиты на покупку сырья для последующей глубокой переработки, а также льготные инвестиционные кредиты на строительство либо модернизацию предприятий. Отдельного внимания заслуживает механизм возмещения части прямых понесенных затрат на строительство либо модернизацию предприятий, реализующих инвестиционные проекты по глубокой переработке зерна. Надеюсь, что он заработает в 2021 году. Интерес государства, высокий урожай и потребность российского бизнеса в продукции глубокой переработки повышают интерес инвесторов к нашей индустрии. Несколько таких проектов уже реализуются, а также обсуждаются возможности будущего строительства. Мы рассматриваем нашу отрасль как нишевую, но очень перспективную».

Что имеем. Сегодня основное производство по глубокой переработке зерна сосредоточено в Центральном федеральном округе: в Тульской, Тамбовской, Воронежской, Липецкой и Орловской областях. Здесь выпускаются нативные и индустриально-модифицированные крахмалы, глюкозо-фруктовые сиропы, крахмальная патока, декстрины и пр. Лидерами отрасли являются крупнейшие предприятия: ООО «Каргилл» (Ефремов, Тульская область, свыше 77 тыс. тонн сиропов в 2020 году), «Биотехнологический комплекс «Росва», ООО «Звягинский крахмальный завод» (Орловская область, 6,1 тыс. тонн декстринов), ООО «Амилко» (Ростовская область, 2-е место по выпуску крахмалопродуктов в РФ, консолидировавшее 20% рынка крахмальных сиропов. Его программа развития предусматривает к 2022 году наращивание мощности переработки с нынешних 170 до 500 тыс. тонн зерна в год и создание биотехнологического кластера по глубокой переработке зерна в Ростовской области и выпуску различных видов крахмалов, сахаристых продуктов, высокобелковых кормов), Гулькевичский крахмальный завод и др.

Еще один крупный донской переработчик — агрохолдинг «Астон» — в 2018 году привлек к сотрудничеству одного из ведущих мировых производителей пищевых ингредиентов и компонентов комбикормов Archer Daniels Midland Company (ADM), который стал совладельцем компании «Астон крахмалопродукты» (АКП, заводы по производству крахмалов и сиропов в Рязанской и Владимирской областях). Президент ADM в Европе, на Ближнем Востоке и в Африке Пьер Дюпра заметил, что инвестиции в предприятие станут последними в серии глобальных проектов компании, нацеленных на расширение географического охвата регионов с предполагаемым ростом спроса. «С АКП мы находимся в выигрышном положении и сможем эффективно удовлетворить потребности наших клиентов в России, а также достичь ожидаемого роста спроса как на местном, так и на мировом рынке».

«Россия является очень крупным производителем зерна, причем производство размещено во многих регионах, в том числе удаленные от морских портов и экспортных коридоров, — рассказала начальник департамента стратегического развития и экономического прогнозирования Центра экономического прогнозирования АО «Газпромбанк» Дарья Снитко. — Учитывая протяженность страны, проблема логистики для любого товара, особенно сырья, всегда актуальна. В этих условиях развитие переработки сырья в готовую продукцию с высокой добавленной стоимостью имеет потенциал, переработка сырья не исключение: чем дороже конечный продукт, тем меньшую долю в перевозке занимает транспортная составляющая. Однако помимо очевидных преимуществ в России для развития проектов в биотехнологической отрасли и переработке зерна существует отставание по технологиям и опыту реализации проектов. В настоящее время отрасль в РФ представлена в основном производством крахмалов и глютена, а вот предприятия по производству аминокислот стали появляться лишь в 2010-е гг. В нашей стране перспективно развитие производства биоматериалов, в меньшей степени — витаминов и биотоплив».

Что строим. Ряд аналитиков высказывают сомнения в целесообразности расширения мощностей под глубокую переработку зерна. В частности, вице-президент Российского зернового союза Александр Корбут сомневается в перспективах строящегося в Ростовской области завода «Донбиотех», на котором планируется перерабатывать 250 тыс. тонн зерна в год и выпускать аминокислоты (100 тыс. тонн сульфата лизина), 20 тыс. тонн клейковины, 11 тыс. тонн крахмала и 95 тыс. тонн отрубей в год. «Зачем в Ростовской области глубокая переработка зерна, если этот регион «заточен» под экспорт, — говорит Александр Корбут. — Там нет в этом смысла. Либо надо будет производить в этом регионе зерно со специфическими показателями, которое будет идеально подходить для глубокой переработки».

Пока же лизин в России производят всего две компании: Завод премиксов № 1 в Белгородской области и «АминоСиб» в Тюменской области.

«У зерновиков сегодня нет большого интереса к налаживанию производства глубокой переработки зерна, — считает директор аналитического центра «СовЭкон» Андрей Сизов. — Россия экспортирует свыше 50 млн тонн зерна — это куда выгоднее, чем вкладываться в дорогие долгосрочные и высокорисковые проекты по его переработке. Маловероятно, что в ближайшем будущем из-за временных ограничительных мер правительства ситуация изменится».

И тем не менее проекты уже реализуются. Так, в Алексеевском районе Волгоградской области за 12,9 млрд рублей построен один из самых современных в мире заводов по глубокой переработке кукурузы — ООО «НьюБио». Предприятие будет выпускать мальтодекстрины, сухие глюкозные сиропы, нативный крахмал, крахмальную патоку и кормовые продукты. В феврале 2021 года председатель правления компании «Сибагро» Андрей Тютюшев и губернатор Красноярского края Александр Усс подписали соглашение о строительстве к 2023 году завода по глубокой переработке зерна в Шарыповском районе с общим объемом инвестиций почти в 30 млрд рублей. Предприятие будет перерабатывать 250 тыс. тонн зерна, выпуская 40 тыс. тонн лизин-хлорида, 52 тыс. тонн кормовых дрожжей, 21 тыс. тонн клейковины, 30 тыс. тонн биоразлагаемых полимеров.

«Конечный продукт, который мы будем производить, — это биоразлагаемый пластик, — сообщил Андрей Тютюшев. — Варианты его использования очень большие, начиная с пластиковой посуды и заканчивая производством одежды. Мы считаем данное направление перспективным с учетом наметившегося ограничения в потреблении обычного пластика в мире». 

Результат глубокой переработки зерна:

Янтарная кислота — удобрение, производство лекарственных средств, косметика, пластмасса, смолы, в пищевом производстве;

крахмал — производство колбас, соусов, в текстильной и в бумажной промышленности;

клейковина (глютен) — мукомольная и хлебопекарная отрасли;

глюкозно-фруктозные сиропы — натуральные подсластители, во всех отраслях пищевого производства;

лизин — изготовление кормов для животных;

спирт — медицина, фармацевтика, парфюмерия, пищевое производство;

биоэтанол — производство топлива;

лимонная кислота — пищевое производство, медицина, косметология;

молочная кислота — изготовление сыров, консервов, молочной продукции, кормов для животных, лекарств, алкогольных и безалкогольных напитков;

белково-минеральные витаминные концентраты —  изготовление кормов для животных, в медицине и ветеринарии.