Перед Россией стоит стратегическая задача к 2030 году увеличить экспорт агропродукции. Что может помочь в ее достижении? Один из ключевых факторов успеха — развитие аграрной науки, роль которой серьезно изменилась за минувшее десятилетие. «Вестник АПК» разобрался, в чем заключаются перемены, каковы тренды развития данного направления, с какими сложностями приходится сталкиваться на этом пути и какое будущее ждет отечественную агронауку.
Элемент стратегии. Эксперты сходятся во мнении: минувшие 10 лет стали для отечественной аграрной науки поворотными. Изменилась не только ее роль, но и основные тенденции развития.
Руководитель агробиостанции ООО НПО «Семеноводство Кубани» и ГК «Прогресс Агро», к. б. н. Ярослав Семин отмечает, что за это время аграрная наука стала гораздо ближе к реальному производству. «Сейчас от нее ждут конкретного результата и ответов сразу на несколько вопросов: как произвести больше, как произвести стабильнее, как сохранить качество, переработать сырье в продукт с большей добавленной стоимостью и сделать это дешевле по энергии, логистике и отходам», — объясняет эксперт.
По словам аспиранта экономического факультета Российского университета дружбы народов имени Патриса Лумумбы, члена Гильдии маркетологов, эксперта Федерации маркетинга и Российского общества «Знание» Камиллы Виллард, главным сдвигом последних 5-10 лет стало то, что аграрная наука перестала быть отраслевым сопровождением сельского хозяйства и превратилась в элемент стратегии технологического суверенитета. «От науки сегодня ждут не только новых сортов и технологий, но и готовых решений, которые можно тиражировать в производство», — отмечает эксперт.
По ее мнению, роль аграрной науки действительно изменилась и теперь она встроена в экспортную стратегию страны. «Раньше задача формулировалась узко — повышение урожайности. Сегодня это часть более широкой повестки: продовольственная безопасность, импортонезависимость, выход на новые рынки. От аграрной науки требуется не только производительность, но и соответствие международным стандартам качества, экологическим требованиям, прослеживаемости. Это меняет приоритеты исследований и логику их финансирования», — подчеркивает Камилла Виллард.
В свою очередь к. э. н., доцент Государственного университета по землеустройству Наталья Иванова отмечает, что за последнее десятилетие роль аграрной науки в России перешла от вспомогательной функции в условиях импортозависимости к статусу автономии и экспортной экспансии. «Если в середине 2010-х фокус исследований был сосредоточен на адаптации зарубежных технологий и базовом импортозамещении, то к настоящему времени приоритетом стало создание собственных конкурентоспособных решений в области генетики, селекции и биотехнологий», — рассказывает она.
По мнению Ярослава Семина, аграрная наука за минувшие 10 лет показала хорошие результаты. Среди достижений — развитие отечественной селекции и генетики, появление новых сортов, гибридов и современных методов генетической селекции продуктивных животных, расширение маркер-ориентированной селекции, генотипирования, ускоренных схем отбора и более точного фенотипирования.
Благодаря нацпроекту «Наука и университеты», по словам Натальи Ивановой, более 1,6 тыс. научных сотрудников удалось привлечь в самые актуальные направления: генетику сельскохозяйственных растений и животных, селекцию и семеноводство. Помимо этого, удалось приобрести научное лабораторное оборудование и создать 35 научных селекционных центров на базе аграрных вузов.
«Определенный результат виден и в сельскохозяйственном производстве: наблюдается рост производства зерновых до 150 млн тонн и увеличение экспорта АПК в 2,6 раза, сахарной свеклы — до 53,2 млн тонн, масличных культур — до 29,9 млн тонн, — делится эксперт. — Существенен рост продуктивности в животноводстве, где надой на одну корову в сельхозорганизациях увеличился более чем на 80%, производство скота и птицы — до 16,53 млн тонн. Все это стало возможным благодаря внедрению научных разработок в области генетики и кормления».
Быть в тренде. Эксперты выделяют несколько трендов, которые характеризуют развитие отечественной аграрной науки сегодня.
«На рынке сейчас много красивой упаковки вокруг геномной (предиктивной) селекции. Иногда под этим продают не зрелую технологию, а презентацию, такие работы подразумевают масштабные усилия в первую очередь в проведении масштабных сортоиспытаний, чтобы различать агрокультурные растения на необходимые признаки. Бизнесу и государству нужны строгие фильтры, которые будут отличать реальную научную разработку от сырого продукта, — считает Ярослав Семин. — Отдельный тренд — биотехнологии: биологические средства защиты растений, ферментные препараты, кормовые и пищевые добавки, ветеринарные вакцины, диагностика. Направление перспективное, но здесь много завышенных ожиданий».
В свою очередь ректор Российского государственного аграрного университета — МСХА имени К. А. Тимирязева, академик РАН, профессор Владимир Трухачев считает, что одним из трендов развития аграрной науки является то, что она становится все более междисциплинарной. «Современные аграрные исследования все реже ограничиваются только биологией или агрономией, потому что для решения реальных задач аграрного сектора необходимо сочетание знаний из экономики, инженерии, экологии, химии и биотехнологии, — объясняет он. — Значительно возрастает прикладной характер науки: от ученых ждут не только публикаций, но и патентов, прототипов, технологий, конкретных рекомендаций для производства, а также ощутимого экономического эффекта для хозяйства».
Меняется формат взаимодействия с промышленностью и агробизнесом: больше внимания уделяется совместным лабораториям, опытным полям, демонстрационным проектам, программам внедрения и сопровождения инноваций.
Экспортный вопрос. Развитие аграрной науки, появление новых технологий и научных разработок напрямую связано с увеличением экспорта продукции АПК.
По мнению Ярослава Семина, для достижения этой стратегической цели в первую очередь нужны технологии, которые повышают качество, стабильность и добавленную стоимость продукции.
«Международный рынок покупает не просто сырье. Он покупает прогнозируемую партию с понятными показателями, безопасностью, прослеживаемостью и стабильной логистикой, также международный покупатель требует переработанную продукцию, — подчеркивает эксперт. — Если мы говорим о селекции и генетике, то здесь нужны сорта и гибриды, которые дают не только урожайность, но и качество для переработки: белок, масло, крахмал, сахар, устойчивость к болезням, засухе и другим стрессам. Для экспорта важно, чтобы сорт или гибрид был не просто урожайным, а технологичным для цепочки от поля до завода и устойчивым к болезням и гербицидам».
Наталья Иванова тоже считает, что для наращивания экспортного потенциала АПК наиболее востребованными становятся технологии, обеспечивающие не только рост объемов производства, но и высокое качество, прослеживаемость и конкурентоспособность продукции на международных рынках.
«В этом контексте особое значение приобретают достижения в области селекции и семеноводства, позволяющие создавать климатоустойчивые сорта, адаптированные под специфические требования стран-импортеров, особенно динамично растущего Азиатско-Тихоокеанского региона», — отмечает она.
В области селекции конкретным примером служит линейка новых сортов ВНИИМК: сорт подсолнечника жасмин с улучшенными вкусовыми качествами за счет высокого содержания олеиновой кислоты, гербицидоустойчивый сорт ярового рапса бумер КЛ с повышенной масличностью, а также гибриды озимого рапса гамбит, превышающие стандарты урожайности.
Преимущество на глобальном рынке имеют и биотехнические разработки, включая отечественные ферментные препараты и средства биологической защиты растений, которые позволяют снизить себестоимость производства и повысить экологичность продукции. Большое значение имеют цифровые технологии.
«Они должны давать управленческое решение: где внести удобрение, где есть риск болезни, какая партия сырья соответствует требованиям, как снизить потери при хранении, как спрогнозировать экономику поля. Если система только собирает данные, но не помогает принимать решения, то это не цифровизация, а дорогой архив», — уверен Ярослав Семин.
Наталья Иванова подтверждает: спрос на цифровые платформы и технологии блокчейн, которые обеспечивают прозрачность цепочек поставок и гарантируют соответствие продукции международным стандартам безопасности, действительно растет.
Также, по словам Ярослава Семина, значение имеют отходы и энергетика.
«На экспортную конкурентоспособность все сильнее влияет себестоимость, а значит, энергия, тепло, вода, потери, утилизация побочных продуктов. Растительные остатки, навоз, жом, сыворотка, некондиционная продукция и отходы переработки нужно рассматривать не как проблему, а как ресурс: компост, органические удобрения, биогаз, кормовые компоненты, субстраты для ферментации, тепло и электроэнергия. Это не только экология, но и экономика, — объясняет он. — Современные предприятия должны быть направлены на замкнутый цикл энергообмена».
Внести лепту. Эксперты сходятся во мнении: серьезную помощь в выполнении стратегической цели увеличения экспорта агропродукции к 2030 году оказывают НИИ и аграрные вузы. По словам Ярослава Семина, они нужны отрасли не как формальные участники проектов, а как технологические партнеры.
«Их работа должна закрывать конкретные производственные задачи, — уверен он. — Лучший результат получается там, где бизнес приходит не с общей просьбой сделать что-нибудь инновационное, а с четким заказом: нужен гибрид под конкретную зону, методика оценки качества, протокол испытаний, решение по болезни, технология переработки побочного продукта, инструмент для отбора животных или растений. Тогда НИИ и вуз могут работать как прикладная команда, а не как подрядчик по отчету».
При этом нужна правильная модель взаимодействия: совместные дорожные карты, опытные площадки, доступ бизнеса к промежуточным результатам, независимые испытания и ответственность за внедрение.
В свою очередь Наталья Иванова считает, что аграрные вузы выступают ключевыми субъектами выполнения стратегических задач по увеличению экспорта, реализуя комплексную функцию при подготовке кадров, проведению прикладных исследований и трансферу технологий.
«Вузы, находящиеся в ведении Минсельхоза России, выстраивают систему целевой подготовки специалистов, обладающих компетенциями в области международной торговли, фитосанитарного контроля и управления экспортными цепочками, что напрямую влияет на способность отечественных компаний выходить на новые рынки, — отмечает она. — В 2026 году по направлениям подготовки в аграрных вузах выделено более 9 тыс. мест для приема на условиях целевого обучения».
По мнению эксперта, внедрение сетевых образовательных программ и междисциплинарных проектов позволяет объединять ресурсы науки и бизнеса для решения конкретных производственных задач, таких как адаптация сортов под экспортные требования или разработка новых логистических решений.
«Международное сотрудничество аграрных университетов, включая подготовку иностранных специалистов и программы академической мобильности, способствует укреплению экономических связей и продвижению российских агротехнологий за рубежом, создавая благоприятную среду для наращивания несырьевого экспорта», — считает Наталья Иванова.
Кадры решают все. Однако, по свидетельству многих экспертов, молодых ученых в отрасли пока недостаточно.
«Это видно из официальной статистики. Деньги важны, но это не единственный фактор. Не менее значимы статус, карьерные перспективы и ощущение, что работа имеет экономическое значение, — утверждает Камилла Виллард. — Молодой исследователь выбирает между академической карьерой и более понятной траекторией в крупной агрокомпании или цифровом секторе, и пока во многих случаях выбор идет не в пользу науки. Точечные инициативы — целевая аспирантура, программы двойного руководства вуз + индустрия, совместные проекты с крупными игроками АПК работают, но системно проблему пока не закрывают».
По мнению Ярослава Семина, особенно не хватает молодых исследователей на стыке дисциплин: селекция + биоинформатика, агрономия + цифровые данные, микробиология + переработка, инженерия + энергетика, экономика + производство. АПК сегодня стал сложнее, и специалисту уже мало знать только одну узкую область.
Как можно выровнять ситуацию? По словам эксперта, правильное направление — выстраивать непрерывную траекторию от школы до производства: агротехнологические классы, колледжи, аграрные и классические университеты, стажировки, проектные школы, целевое обучение, аспирантура и корпоративные программы.
По мнению Натальи Ивановой, непрерывная образовательная траектория школа — колледж — вуз — работодатель позволяет готовить кадры с учетом реальных потребностей отрасли и гарантировать их трудоустройство.
«Хорошо, когда школьник или студент видит не абстрактный АПК, а современную отрасль: генетику, биотехнологии, робототехнику, дроны, ИИ, лаборатории качества, переработку, экспорт, — считает Ярослав Семин. — Мы в «Прогресс Агро» стараемся двигаться именно в эту сторону: взаимодействуем с вузами, даем студентам и молодым специалистам реальные производственные задачи, развиваем стажировки, вовлекаем молодых людей в работу, селекционные и лабораторные проекты. Для молодого ученого очень важно видеть короткий путь от идеи до применения. Тогда аграрная наука перестает быть чем-то далеким и становится нормальной инженерно-биологической профессией».
Наталья Иванова тоже считает, что внедрение дуальных форматов обучения, производственных практик в ведущих агрохолдингах и проектной деятельности позволяет студентам приобретать актуальный профессиональный опыт еще в процессе обучения, что существенно повышает адаптивность молодых специалистов и их готовность к решению сложных производственных задач в условиях глобальной конкуренции.
«Например, компания «ЭкоНива» предлагает программы оплачиваемых стажировок по направлениям ветеринарии и зоотехники, где студенты приобретают практический опыт работы с современным оборудованием и технологиями», — рассказывает она.
Привлечь и удержать. На повестку выходит другой вопрос, как привлечь в аграрную науку талантливую молодежь? В разных вузах не него отвечают по-своему. Например, в Пензенском государственном аграрном университете для этого выстроена многоуровневая система прямой финансовой и организационной поддержки: для студентов ежегодно проводят конкурс на соискание гранта ректора университета, здесь создали комфортную среду для исследований — более 20 студенческих научных кружков объединяют почти тысячу молодых ученых. Для поддержки самых талантливых ученых выделяют целевые субсидии и именные стипендии. Студентам с первого курса предоставляют возможность участвовать в грантовых проектах.
«Важно, что мы не просто даем гранты, а сопровождаем проекты до этапа коммерциализации, помогая оформить патенты и заключить первые договоры с бизнесом, — рассказывает ректор Пензенского государственного аграрного университета Олег Кухарев. — Такая практика показывает молодежи, что наука в АПК — это перспективная, финансово устойчивая и востребованная профессия».
В Российском государственном аграрном университете — МСХА имени К. А. Тимирязева для привлечения абитуриентов проводят ряд уникальных мероприятий и конкурсов. Среди них олимпиада по агрогенетике «Иннагрика», которая первой в стране вошла в перечень Минобрнауки России. Также в числе таких мероприятий — научно-технический конкурс «Открытый мир. Старт в науку», международный конкурс для школьников «АгроНТРИ», всероссийский конкурс «Юный исследователь АПК» и другие.
В вузе предусмотрели и систему мотивации абитуриентов с высокими академическими достижениями, которым предлагают единовременные выплаты и стипендии. Например, абитуриенты, набравшие 100 баллов по одному из предметов ЕГЭ, получают единовременную денежную выплату в размере 30 тыс. рублей, а абитуриенты, поступающие в пределах целевой квоты и имеющие 100 баллов по одному из предметов ЕГЭ, — в размере 100 тыс. рублей. Студентам же первого курса, набравшим суммарно 300 баллов по трем предметам ЕГЭ, учреждается именная ректорская стипендия в размере 20 тыс. рублей ежемесячно.
«Эти меры поддержки направлены на то, чтобы не только привлечь самых талантливых и мотивированных школьников, но и создать для них комфортные условия для обучения и научной деятельности, удерживая их в аграрной науке и готовя к будущему лидерству в АПК страны», — отмечает Владимир Трухачев.
Создать базу. Одним из способов привлечь молодые таланты в аграрную науку является предоставление им возможности поработать с современным и высококачественным оборудованием. Для этого в вузах создают лаборатории и исследовательские центры.
Например, в Тимирязевской академии имеется целостная инфраструктура, которая позволяет быстро доводить научные разработки до практического применения в АПК. Здесь работает селекционно-семеноводческий центр, где ведется активная работа по созданию новых, более продуктивных и устойчивых сортов сельскохозяйственных культур, адаптированных к различным климатическим условиям.
В числе передовых исследовательских центров и лабораторий Тимирязевской академии — биотехнологический комплекс, центр доклинических исследований лекарственных ветеринарных препаратов, Инжиниринговый центр, ориентированный на комплексные и поисковые исследования, поиск и реализацию инженерных и технических решений, центр «Проектный институт цифровой трансформации АПК», который решает задачи отрасли с помощью ИИ. В этом году открыт Геномный центр.
Полноценная научно-образовательная инфраструктура создана и Пензенском ГАУ: за последнее десятилетие здесь открыли восемь профильных научных центров и центр коллективного пользования научным оборудованием. Среди них Приволжский научный центр аквакультуры и водных биоресурсов, Научно-образовательный центр ветеринарной медицины, Научный центр по проведению доклинических и клинических испытаний ветеринарных препаратов и кормовых добавок, Геоаналитический центр и другие.
В кооперации. Один из способов удержания талантливых молодых ученых в аграрной науке дать им понять, что научные разработки и открытия могут активно применяться в агробизнесе и использоваться сотрудниками НИИ. Это подтверждает опыт Пензенского ГАУ, для которого взаимодействие с научными институтами и агробизнесом является повседневной практикой.
«Мы заключили более 40 договоров о сотрудничестве с научными и образовательными учреждениями России, Беларуси, Казахстана, Узбекистана и Таджикистана, — делится Олег Кухарев. — С 2025 года университет участвует в проекте «Тимирязевский геномный центр. Платформа предиктивной селекции», который объединяет 86 НИИ и университетов и нацелен на создание первой в стране платформы предиктивной селекции, использующей методы геномного анализа, биоинформатики и машинного обучения для ускорения выведения новых сортов и гибридов в рамках развития передовой научной инфраструктуры».
Университет проводит селекционные исследования и фенотипирование по
платформе предиктивной селекции в сотрудничестве с Белгородским ГАУ, Дальневосточным и ВНИИМК им. В. С. Пустовойта. На базе его учебно-опытного хозяйства «Рамзай» ежегодно реализуется несколько десятков хозяйственных договоров с предприятиями, где университет испытывает новую технику, средства защиты растений, кормовые добавки и цифровые решения. Пензенский ГАУ сотрудничает с крупными агрохолдингами и селекционными центрами, размещая у себя на опытном поле демонстрационные посевы перспективных сортов и гибридов сельскохозяйственных культур. Это позволяет будущим специалистам видеть весь цикл от идеи до товарной продукции.
«С 2022 года мы ежегодно заключаем более десятка лицензионных договоров на использование наших интеллектуальных разработок, что подтверждает высокий спрос со стороны реального сектора экономики. В 2023-2025 гг. наши ученые работали над решением стратегических задач развития регионального АПК, активно внедряя научные разработки в практику крупных агропредприятий», — делится ректор Пензенского государственного аграрного университета.
Взгляд в будущее. Делая прогнозы о том, как аграрная наука будет развиваться в ближайшем будущем, эксперты отмечают, что она станет еще более междисциплинарной.
«Селекция без биоинформатики уже ограничена. Растениеводство без данных и инженерии тоже. Переработка без химии, микробиологии, энергетики и экономики не даст экспортного рывка. В ближайшие годы вопрос будет не только в том, создадим ли мы новые сорта и технологии, а в том, сможем ли быстро и качественно довести их до поля, фермы, элеватора, завода и экспортного контракта», — считает Ярослав Семин.
По мнению Натальи Ивановой, важным трендом станет расширение регионального научно-инновационного потенциала, так как достижение технологического суверенитета невозможно без учета локальных агроклиматических особенностей и развития науки на местах. А Владимир Трухачев уверен, что будущее аграрной науки тесно связано с климатическими и ресурсными вызовами. «Это означает необходимость создания засухоустойчивых и стрессоустойчивых сортов, новых систем земледелия, технологий восстановления почвенного плодородия и управления рисками», — добавляет он.
Чтобы прогнозы сбылись, считают эксперты, необходимо предпринять целый ряд шагов: усилить прикладной контур науки, серьезно развивать глубокую переработку и вкладываться в качество сырья, разработать прозрачные правила для новых технологий, не допустить монополизации ключевых рынков, обновлять управленческие модели.
«Главный приоритет — не наращивание финансирования самого по себе, а реструктуризация связки наука — индустрия — экспорт, — уверена Камилла Виллард. — Аграрная наука сегодня — это не вспомогательная функция, а одно из звеньев экспортной экономики. От того, насколько эффективно исследовательский сектор встроится в эту цепочку, зависит, удастся ли превратить декларацию о росте экспорта в реальную экономическую модель».
