Как рассказал Сергей Цибин, председатель СПК «Красный Путиловец» (Урюпинский район Волгоградской области), достичь высокой урожайности хозяйству помогла выработанная технология выращивания — точное следование годами отточенному алгоритму очень важно, притом что почвы хозяйства не самые плодородные.

Сколько вы сейчас обрабатываете земли?
Земельный банк нашего хозяйства составляет порядка 10,5 тыс. га, из которых озимый клин занимает около 3,7 тыс. га, плюс 2,7 тыс. га — подсолнечник, 600-700 га кукурузы и 3 тыс. га — под паром. По сути дела это классическое трехполье, и такой подход дает очень хорошие результаты — по урожайности мы стабильно находимся в числе лучших хозяйств по району. 

Каковы показатели урожайности?
В текущем году по озимым мы получили порядка 39 ц/га, и это, как мне кажется, очень неплохой результат, учитывая, что это средний показатель, а земли у нас разного качества — есть высокопроизводительные, а есть и похуже — сланцы, щебень и др. На некоторых наших нынешних полях раньше щебень добывали открытым способом для ведения дорожных работ. Пахотный слой там порядка 20 см.
По подсолнечнику имеем стабильно 20-21 ц/га, что обеспечивает нам должную финансовую стабильность: семечка востребована, особенно в конце февраля — в марте, когда цены достигают пика. Поскольку у нас есть свои мощности хранения и ангары, дождаться февраля большой проблемы не составляет. В советские годы в состав предприятия, которое было еще и семеноводческим хозяйством, входил кукурузокалибровочный завод, в том числе элеватор на 5 тыс. тонн и склады напольного хранения. 

Как удается поддерживать достаточно высокую урожайность, каковы особенности применяемой технологии?
Технологические аспекты у нас отработаны на всем производственном цикле — от протравливания до уборки. Протравливание ведем передовыми препаратами, добавляя витаминный комплекс, весной — обязательный этап химпрополки, применяем гербициды и жидкую подкормку. Перед уборкой обрабатываем фунгицидом и снова вносим подкормку. В результате гарантированно получаем пшеницу 4-го класса. По цене такая пшеница не слишком сильно отличается от 3-го класса, так что нас это вполне устраивает.
Слабые по насыщенности питательными веществами поля — а таких большинство — мы регулярно удобряем. И результат заметен: озимые всходят вовремя.

Как обстоят дела с технической оснащенностью?
Обновление парка техники проводится ежегодно. Сейчас у нас 10 уборочных комбайнов, из которых старых — два «Дона», и те вскоре будут заменены более современной техникой. Уже оплатили и в октябре ожидаем поставки новых комбайнов Acros 595. Основа парка — техника производства завода «Ростсельмаш»: у нас работают три Acros 595, два Acros 530, которые мы приобрели вскоре после их запуска в производство. Отдаем предпочтение отечественной технике, и причины очевидны: как я уже говорил выше, камней в полях у нас хватает. А камню нет разницы, Claas это или «Дон»: жаткой его зацепило, он попал в шнек — и шнека больше нет. Но в случае с ростовскими комбайнами ремонт будет в разы дешевле по стоимости запчастей и, что даже более важно, оперативным: если не получится купить новый шнек поблизости, до Ростова-на-Дону ведь не так далеко, чуть более 500 км.
Это не значит, что есть какое-то предубеждение против импортной техники — у нас в хозяйстве прекрасно работает, например, John Deere, уже 13 лет он без капитального ремонта двигателя, отработал 18 тыс. моточасов. Да, его эксплуатируют бережно, плюс — он экономный. Впрочем, и питерские «Кировцы» 744-й серии тоже имеют хороший ресурс. Один из таких работает у нас уже седьмой год, и с ним не возникает каких-то серьезных проблем. Топливная эффективность не так высока, как у американской машины, но та и стоит намного дороже.

Какими инструментами господдержки вы пользуетесь?
Пользуемся поддержкой, например при приобретении техники. Комбайны Acros, о которых я говорил, мы покупали с использованием госсубсидирования по программе 18/32. Используя этот же инструмент поддержки, покупали и трактора «Кировец». Также по этой программе приобрели, например, опрыскиватели «Туман-3» отечественного производства. Притом что «окно», подходящее для опрыскивания, может быть очень небольшим, любая поломка одного из уже имеющихся у нас трех опрыскивателей выбивает нас из графика, поэтому решили купить еще один.

Насколько остро стоит кадровый вопрос?
Проблема дефицита подготовленных кадров пока нас не очень касается. Коллектив на предприятии слаженный, сработанный, текучки практически нет. Рабочий график — по нормам: пять дней работаем, два дня отдыхаем (конечно, кроме посевной, но переработки в эту пору обязательно компенсируются дополнительными выходными). Коллектив работает на совесть, и уходить с предприятия никто не спешит. Работает у нас и молодежь — водители, механизаторы. Причем это наши местные ребята — мы прекрасно знаем их родителей, уверены в их порядочности.
Хорошо проявившие себя сотрудники по итогам года обязательно премируются. Каждый год 20-25 человек отправляем в санатории на отдых за счет предприятия. Плюс сама зарплата, которую работники получают, в нашем хозяйстве на очень хорошем уровне — порядка 55-60 тыс. рублей, если брать в среднем по году. Правда, для того чтобы выйти на такой уровень, нам пришлось закрыть животноводческое направление, которым мы традиционно занимались с советских времен. Что и было сделано два года назад.

Почему его пришлось закрыть?
Из-за убыточности в первую очередь. При надоях порядка 3 тыс. литров в год с фуражной коровы производство молока оказалось нерентабельным. Крупных потребителей, переработчиков поблизости нет, а значит, плечо транспортировки — это сотни километров, что также влияет на экономику производства. В результате при закупочной цене на молоко в 18-19 рублей его себестоимость оказывалась порядка 27-28 рублей. Животноводство в результате приносило убыток около 23 млн рублей в год, что сказывалось, конечно, и на зарплатах работников — они получали до 30 тыс. рублей в месяц (в среднем по году). И путей радикального исправления ситуации мы не видели: даже если вложить огромные средства в модернизацию стада, в работу над генетикой, в инфраструктуру, в сами коровники, которые уже давно исчерпали свой ресурс, то клиентов, крупных переработчиков в хорошей транспортной доступности от этого не появится. Поэтому направление было закрыто, но работников мы не выставили на улицу — все, кто не ушел на пенсию и хотел работать в нашем хозяйстве и дальше, получили новые места. Благодаря такому непростому для нас шагу удалось повысить заработную плату. Как я уже упоминал, сейчас, к примеру, среднегодовая зарплата механизатора составляет более 50 тыс. рублей в месяц.
Но не только зарплата нужна работнику, не менее важно и качество жизни, самой среды, в которой он и его семья живет. Поэтому мы прилагаем серьезные усилия для того, чтобы сделать село лучше, более комфортным. Вкладываем средства в благоустройство территории, в ремонт социально значимых объектов. Не так давно, к примеру, в спортзале сельской школы мы заменили ветхие окна на металлопластиковые. Ведь если человеку, его семье, удобно и комфортно здесь жить, и работать он будет на совесть.