Донская индейка прошла проверку на прочность

Холдинг «Евродон» сохранил своего владельца и руководителя и продолжает расширять производство

10 Мая 2016

Группа «Евродон», крупнейший в России производитель индейки и утки, всего за несколько лет смогла приобрести репутацию народной компании. После того как в начале года предприятие столкнулось с угрозой недружественного поглощения, «Евродон» и его основатель Вадим Ванеев мгновенно получили поддержку сотен россиян, для которых продукция компании стала наглядным воплощением нашумевшего слова «импортозамещение». Несостоявшаяся попытка «захвата» «Евродона» стала самым серьезным испытанием в истории холдинга, подтвердившим состоятельность амбиций его основателя — создать с нуля сильный федеральный бренд.

Новость о том, что «Евродон» может стать объектом недружественного поглощения со стороны инвесткомпании А1 (структуры «Альфа-Групп»), в начале февраля быстро распространилась за пределы деловой прессы. Над компанией, которая уже давно ассоциировалась с успехами России в сельском хозяйстве, нависла критическая угроза, поскольку один из исков, с которым А1 обратилась в Арбитражный суд Ростовской области, предполагал отстранение от руководства холдингом основателя и генерального директора «Евродона» Вадима Ванеева. По сути, это могло подписать приговор компании, поскольку Ванеев не только обладает всеми ключевыми компетенциями в этом бизнесе, но и ведет за собой многотысячный коллектив.
Обычно в таких случаях бизнесмены рассчитывают прежде всего на помощь сильных мира сего, но «Евродон» первую поддержку получил совсем с другой стороны. В защиту компании на страницах СМИ сразу же выступили многие потребители ее продукции, особенно активно — в Ростовской области, где расположены предприятия холдинга, и в Осетии (Северной и Южной), откуда родом Вадим Ванеев. А за этим последовало и вмешательство «высших сил» (не будем забывать, что одним из совладельцев «Евродона» является знаменитый дирижер Валерий Гергиев. — Прим. «Вестника»). В результате спустя всего месяц после начала конфликта А1 заявила, что продает свою долю в «Евродоне» и аффилированных с ним компаниях структурам Внешэкономбанка, выступающего главным кредитором индюшиного проекта. О том, как компания будет развиваться дальше в нынешних непростых экономических условиях, Вадим Ванеев рассказал в эксклюзивном интервью «Вестнику АПК».

На порядок сильнее

Какие выводы для будущего бизнеса «Евродона» вы сделали из недавней истории с компанией А1? Есть ли сейчас гарантии, что нечто подобное больше не повторится?
Я понял, что мне нужно стать сильнее в 10 раз. Если хочешь строить федеральный бренд, надо быть внутренне очень сильным. Произошло серьезное переосмысление. Бог сделал меня сильнее. Он все эти годы меня готовил. Я уже падал в жизни, это было пять или шесть раз. Но в нынешней ситуации моя команда работала четко, спасибо ей за это. Компания эти 27 дней действовала как часы.

Конфликт вокруг «Евродона» стал редким случаем, когда в защиту бизнесмена «без разнарядки» выступила широкая общественность. Как вы считаете, почему «Евродону» удалось стать «народной» компанией?
Назвав нас «народной» компанией, вы сделали очень большой комплимент всей команде. Спасибо! Большая поддержка от общественности действительно давала необходимые силы. На нашей стороне была правда. А это такая вещь, которую надо порой отстаивать и защищать. Многие, я думаю, даже те, кто был далек и мало что знал, это поняли.
Я думаю, все просто: дело в отношении каждого из нас к тому, что он делает. В тех районах, где мы работаем, наши сотрудники, а их уже 6500 человек, хотят привести на работу своих детей, потому что они уверены в компании как работодателе. Наши потребители, которые покупают индейку и утку в самых разных уголках страны, знают, что это действительно хороший продукт. Мы дорожим своим именем и очень трепетно относимся ко всему, что делаем. Просто каждый из нас любит свое дело, работает на результат 24 часа в сутки.

Каковы основные производственные и финансовые показатели птицеводческих компаний группы «Евродон» за 2015 год?
Несмотря на внешние кризисные обстоятельства, предприятие увеличило объем действующего производства мяса индейки на 7,5%, до 47 тыс. тонн в год. В прошлом году мы продолжали вводить в эксплуатацию новые птицеводческие площадки. Всего в рамках большой стройки будет введено около 700 тыс. кв. метров новых производственных площадей, что позволит в ближайшие пару лет увеличить объемы производства в несколько раз — до 150 тыс. тонн. Что касается второго птицеводческого проекта — комплекса по производству мяса утки «Донстар», то он достиг проектной мощности первого этапа — 24 тыс. тонн. За два года в аграрном секторе было создано 1150 высокопроизводительных рабочих мест.

Сильно ли сказывается на продажах продукции снижение доходов населения? В чем это проявляется?
Многие говорят, что индейка дороже курицы, но почему-то никто не думает, что индейка гораздо дольше выращивается и требует более комфортных, а следовательно, более затратных условий производства, нежели бройлер. Но дело даже не в доходах населения, а в кризисных процессах на макроуровне. Растут цены на тарифы, корма, обслуживание производства — это ощущают все производители. Ситуация сложная, но мы стараемся быть максимально лояльными к нашим потребителям. Именно поэтому стараемся держать цены на продукцию. Ежегодный средний рост цен у нас составляет 7-9% — это даже ниже уровня продовольственной инфляции. Потребитель, его отношение и доверие к продукту, ценовой политике компании для нас было и будет самым главным и основополагающим.

Экспансия по всем фронтам

На какой стадии сейчас находится проект строительства нового индюшиного мегакомплекса? Какие суммы уже освоены по этому проекту?
Весь комплекс построен на 50%. Сердце проекта — мясоперерабатывающий завод мощностью 150 тыс. тонн — уже возведен и работает. Построен инкубатор. В процессе — птичники и комбикормовый завод.

Насколько удачным оказался старт проекта по производству мяса утки?
Проект по производству утки под маркой «Утолина» показал высокий потенциал в условиях нестабильной экономики. Мы стартовали в кризисный период, тем не менее производство с 2013-го (тестового) года выросло в полтора раза. Спрос на российскую утку был поднят компанией в два раза. Продукция под торговой маркой «Утолина» завоевала доверие потребителя и прилавки крупнейших розничных сетей без рубля затрат на рекламу.

Соответствуют ли полученные на данный момент результаты ожиданиям?
Еще года два назад мало кто замечал, есть ли утка в магазинах вообще. Теперь замечают, а если ее нет — спрашивают у нас. Все больше людей стремятся к здоровому, разнообразному, полезному питанию. А нас вдохновляет задача возродить вкусные традиции.

Когда вы запускали индюшиный проект, было очень сложно преодолеть потребительские стереотипы: индейка воспринималась как «американская» птица. С уткой таких сложностей не было?
Я всегда говорил, что верю в утку больше, чем верил в индейку, хотя продукт оказался сложным для промышленного производства — мы до сих пор отлаживаем некоторые процессы. Но сегодня есть бренд, узнаваемость, команда, накоплен опыт, и есть десятки последователей, среди которых, боюсь, не все еще поняли, с чем придется столкнуться.

Как сейчас выглядит география дистрибьюции продукции «Евродона»? Осваивает ли компания рынок Крыма?
География — около 40 российских регионов. В основном это европейская часть России. Крым — интересный и слабо освоенный российскими производителями регион. Нас там хорошо знают. Интерес есть. Осталось понять, насколько это будет взаимовыгодно.

Недавно «Евродон» анонсировал открытие 50 новых точек сети «Мясной градус» в Ростове-на-Дону. Каков предполагаемый объем инвестиций в этот проект? Найдены ли уже помещения для новых магазинов?
В Ростовской области успешно сейчас работают 10 магазинов сети «Мясной градус». Что касается расширения — это долгосрочный проект на перспективу. Все будет зависеть от того, насколько актуальны будут предложения по конкретным точкам. Сейчас мы заканчиваем подготовку нескольких новых магазинов в Ростове и Таганроге, рядом с нашим новым мясоперерабатывающим заводом завершаем стройку магазина уже в рамках новой концепции оформления и принципа работы торговой точки. Что касается расширения в Ростове, то это наша совместная инициатива с ростовскими городскими властями. Это идея главы администрации города Сергея Горбаня. Он сторонник того, чтобы максимально насытить потребительский рынок Ростова-на-Дону хорошими качественными товарами местных производителей, данный вопрос уже неоднократно озвучивался и поднимался. В результате были достигнуты предварительные договоренности о развитии нашего проекта.

Как продвигается реализация проекта мясокомбината, заявленного вами в Южной Осетии? Какую поддержку этому проекту оказывают власти республики?
«Евродон» подписал соглашение о реализации проекта с соинвестором, который уже создал ряд проектов в Абхазии и Южной Осетии. Уже проведена процедура отбора земельных участков, адаптируем проект под местные условия, подбираем оборудование. Мясоперерабатывающий комплекс расположится в 4 км севернее города Цхинвала. Он будет возводиться по технологии быстровозводимых сооружений на основе металлоконструкций и сэндвич-панелей. Будем выпускать вареные колбасы, варено-копченые изделия, мясные деликатесы, а также продукты разделки и натуральные полуфабрикаты. Мощность завода — 600 тонн готовой продукции в год.

В свое время вы были одним из первопроходцев ресторанного бизнеса в Ростовской области. Нет ли у вас планов открыть в Ростове или другом городе России тематический индюшиный или утиный ресторан?
В Шахтах работает уже не один десяток лет ресторанный комплекс «Мишель», который включает сразу три площадки — две закрытые и одну открытую зоны. В нем широко представлены самые различные и интересные рецепты блюд с использованием мяса индейки и утки.

На пороге внешних рынков

Как вы оцениваете изменения в сфере господдержки АПК, произошедшие за год с момента назначения министром сельского хозяйства Александра Ткачева?
В России сельское хозяйство ассоциировалось с черной дырой. Всю жизнь мы завозим продукты из-за рубежа. Такой порядок вещей можно и нужно менять. У обновленной команды Минсельхоза России многое получается. Ткачев — сильный лоббист. Отрасли необходимы такие личности.

Встречались ли вы уже с Ткачевым в его нынешнем статусе? Какие вопросы при этом обсуждались?
Мы очень продуктивно работаем — я столько раз не был в Минсельхозе до этого, сколько был за последние полгода. Очень продуктивно работаем с заместителем министра Еленой Гангало из новой команды и с директором департамента животноводства и племенного дела Владимиром Лабиновым — из старой команды. Министерство запросило нашу стратегию: какие у нас планы, что у нас с генетикой, как мы видим отрасль? Выстраивать конструктивный диалог получается.

В одном из интервью несколько лет назад вы говорили, что «Евродон» ориентирован только на российский рынок и не думает об экспорте. Изменилась ли ваша позиция в сегодняшней ситуации, когда упавший курс рубля объективно благоприятствует экспортерам, а перспективы российского мяса на внешних рынках аналитики оценивают довольно высоко?
Это не совсем верная цитата. Нигде и никогда я не говорил, что «Евродон» ориентирован исключительно на российский рынок. Российский рынок по-прежнему приоритетный для нас. Мы планируем и дальше его насыщать. Постепенно, выходя на объем производства в 150 тыс. тонн мяса индейки в год, мы начнем задействовать и экспортные каналы.

Есть ли уже стратегическое понимание, как может быть организован экспорт вашей продукции?
Пока все на уровне предварительных обсуждений и договоренностей. У нас уже есть положительный опыт экспорта субпродуктов 2-й категории из мяса утки в страны Юго-Восточной Азии. В феврале оба наших продукта — индейка и утка — были представлены на международной выставке «Продкэспо», и результат участия в ней однозначно говорит о том, что в подобной продукции очень заинтересованы клиенты из ряда зарубежных государств — как ближнего, так и дальнего зарубежья. Конкретный объем по экспорту не будет превышать около 20% от общего производства, и у нас уже есть определенные договоренности с партнерами. Однако прежде чем делать поставки, мы должны закончить с вопросами по сертификации, упаковке и т.д. Россию на внешних рынках никто не ждет, и если к концу года мы что-то сделаем в этом направлении, то это можно считать победой. Это сложный и долгий процесс, который мы уже ведем.
            bool(false)